June 15th, 2011

Об "Источнике"

Галерея Альбомов Foto.ru

Дочитал "Источник" Айн Рэнд. Ее более поздний роман "Атлант расправил плечи" в принципе ничем не отличается, т.к. писались они будто по одному шаблону: герой-одиночка вступил в борьбу с системой (по описанию - социалистической), отстаивает свое право собственности и самореализации; в обоих романах развивается любовная интрига героя с независимой, дерзкой и чертовски красивой самкой.

Если честно, то все эти любовные сюсюмусю (автор - женщина, чего вы хотели) читал по диагонали. Можно потерпеть всю эту лирику ради самого главного, для чего вообще стоит читать книгу. По традиции я здесь не собираюсь пересказывать сюжет или идейную суть романа, а просто размещу несколько цитат разных героев книги, которые особенно "зацепили".

Да, и еще, наверное, стоит учесть даты публикации "Источника" - 1943 г. ("Атлант расправил плечи" - 1957 г.) и происхождение автора (урождённая Алиса Зиновьевна Розенбаум родилась в Санкт-Петербурге, в 1925 г. переехала в США, родители умерли в Ленинграде во время блокады, по всей вероятности с Советами у нее были особые счеты).

Ладно, перейдем к делу.

Традиции, правила? — говорил Рорк. — Вот мои правила: то, что можно делать с одним веществом, нельзя делать с другим. Нет двух одинаковых материалов. Нет на земле двух одинаковых мест, нет двух зданий, имеющих одно назначение. Назначение, место и материал определяют форму. Если в здании отсутствует главная идея, из которой рождаются все его детали, его ничем нельзя оправдать и, тем более, объявить творением. Здание живое, оно как человек. Его целостность в том, чтобы следовать собственной правде, собственной теме и служить собственной и единственной цели. Человек не берет взаймы свои члены, здание не заимствует части своей сущности. Его творец вкладывает в него душу, выражает ее каждой стеной, окном, лестницей.

Понимаете, — спокойно сказал Рорк, — у меня впереди есть, скажем, шестьдесят лет жизни. Большая ее часть пройдет в работе. Я выбрал дело, которое хочу делать, и если не найду в нем радости для себя, то только приговорю себя к шестидесяти годам пытки. Работа принесет мне радость, только если я буду выполнять ее наилучшим из возможных для меня способов. Лучшее — это вопрос правил, и я выдвигаю собственные правила. Я ничего не унаследовал. За мной нет традиции. Возможно, я стою в ее начале.


Collapse )